По делу заявительница жаловалась в Европейский Суд на то, что решения российских судов о передаче ее двух детей на воспитание их отцу были вынесены в нарушение требований статей 8 (право на семейную жизнь), 9 (свобода религии) и 14 (запрещение дискриминации) Конвенции. Заявительница считала, что данные решения были продиктованы не заботой об интересах детей, а неприятием со стороны властей ее принадлежности к религиозной организации "Свидетели Иеговы", а потому они были, по сути, актом дискриминации по признаку ее религиозных убеждений. Европейский Суд - четырьмя голосами против трех (трое судей составили особое мнение) - отверг доводы заявительницы и счел, что решения российских судов были вполне правомерными с учетом конкретных обстоятельств дела и постановил, что по делу российскими властями не было допущено никаких нарушений Конвенции.